Девушка с малышом в руках стучала во все двери, умоляя о помощи. Но все смеялись, а после пожалели об этом

Девушка с малышом в руках стучала во все двери, умоляя о помощи. Но все смеялись, а после пожалели об этом

• Иди, милая, с богом! – сказала медсестра, открыв двери молодой маме с ребенком.

И вроде бы тон благожелательный, но при этом полное равнодушие в глазах.

А что эта девица хотела? Другие вон на выписку в роддом приносят деньги, конфеты, цветы, медперсонал благодарят. А эта…. Ее даже никто и не встречает, вещи для малыша ей собирали всей больницей.

Девчонки из отделения сказали, что ее ни разу никто не навещал. Явно мать-одиночка. И чего рожают такие? Только нищету плодят…. Да, примерно так думала медсестра, глядя вслед юной женщине с малышом на руках.

Алена спустилась с крыльца роддома и посмотрела по сторонам – где-то тут должно быть такси, она заказывала, диспетчер сказала, что в три часа будет.

Но уже было пять минут четвертого, а машины не видать. Был теплый майский день, цвела сирень, рядом с роддомом веселилась компания, встречая также какую-то мамочку с малышом. Очумевший от счастья отец держал на руках, не дыша, свое крохотное счастье, новоявленная мама, уставшая от всего, натянуто улыбалась. Цветы, шарики, фотосессии…

А Алену никто не встречал. Да, медсестра была права – она мать-одиночка. И, по сути, ей некуда идти. Алена до сих пор не могла поверить, что все это происходит с ней.

А ведь совсем недавно все было иначе…. Алена приехала в город из небольшой деревушки. Так случилось, что после школы она никуда не поступила – не могла оставить больную бабушку одну. Баба Валя ведь ее вырастила – десять лет было Алене, когда ее родители погибли в автомобильной аварии. И вот с тех пор они с бабушкой были вместе. Хоть и гнала ее старушка в город учиться – ведь школу с красным аттестатом окончила, никуда Алена не поехала, почтальонкой устроилась в деревне. Так они и жили.

Через год бабушка слегла, а еще через три месяца умерла. А перед этим баба Валя слезно просила внучку уезжать из деревни – учиться в город. Как без образования ведь. И вот после похорон Алена решилась. Успела еще документы сдать в университет. И даже смогла поступить на бюджет! Она всегда мечтала быть психологом. И вот ее мечта сбывалась.

Алена поселилась в общежитие, ей даже начислили социальную стипендию, как сироте. В общем, жить и учиться можно было.

Алена училась уже на четвертом курсе, когда встретила, как ей казалось, настоящую любовь! Денис был старше ее на пять лет, он работал менеджером в строительной компании. И был такой хороший! Алена по уши влюбилась! И вскоре переехала к нему из общежития. Девушка уже мечтала вот получит диплом, и они с Денисом поженятся.

Даже как-то заговорила с любимым о подвенечном платье, но Денис только пожал плечами – зачем эти все расходы… Немного озадачивало девушку, что не знакомит он ее с родителями – мол, еще не время. А потом он уехал в длительную командировку — на целых полгода. А Алена поняла, что беременная.

Как же она радовалась! Теперь они точно поженятся. Когда она по телефону сказала Денису о ребенке, то он что-то пробормотал, сославшись на занятость, и отключил телефон. Сутки был недоступен. Потом позвонили сказал, что надо решать с этой беременностью и побыстрее. Алена так и замерла

Как? И это тот, кто ей в любви клялся? Как может отец ребенка предлагать ей идти на аборт.

• Денис, мне нельзя делать аборт, — шмыгнула тогда Алена, — у меня резус отрицательный, потом вообще детей не будет.

• Да? – вздохнул Денис, — ну тогда думай сама.

• А ты?

• Я пока не могу приехать.

• Но ты когда будешь.

• Не скоро. Денис явно не горел желанием общаться. Но потом все же начал звонить регулярно. Про беременность, правда, не спрашивал. Как будто и не было ее. Так только иногда добавлял в конце разговора – мол, береги себя.

И Алена решила, что все у них наладится. Вот вернется Денис, и поймет, что никто на этом свете ему не нужен – только Алена и их малыш.

Девушка так же жила в его квартире, училась, узнала про академический отпуск. В общем, она думала, что все будет легко и просто. А когда была на шестом месяце, уже ждала приезда Дениса, на пороге появились другие гости.

Это была мама Дениса – Ирина Константиновна. Ее Алена знала по фотографии только.

• Значит, это ты самая девица? – скривилась она, увидев Алену, — о, господи! И что Денис в тебе нашел! Деревня, за версту же видно! Она, слегка оттолкнув плечом беременную Алену, прошла в квартиру.

• И сколько ты тут собираешься жить? – с усмешкой спросила она.

• Всегда, — немного волнуясь, произнесла Алена, — мы же с Денисом любим друг друга. У нас ребенок будет.

• Да что ты говоришь? – захохотала Ольга Константиновна, — любят они, ребенок… Какая же ты глупая! Да Денис не знает, как от тебя отвязаться! Думаешь, привязала ты его этим животом?

• Он, конечно, растерялся, когда узнал, но все нормально. Мы с Денисом решили…

• Да что вы решили? – закричала женщина, оборвав Алену на полуслове. – за себя говори! Это ты решила родить этого ребенка. Так рожай, кто тебе мешает? Только от сына моего отстань! И давай, собирай вещички…

• Я никуда не пойду! – вскинула голову Алена, — вот Денис приедет, и мы поженимся.

• Это ты так решила? – мать Дениса смерила ее взглядом, — вот наглая какая! Да Денис давно встречается с дочкой своего босса. Они и в командировку вместе поехали! И у них скоро свадьба! Вот вернутся из поездки и поженятся. А ты тут лишняя.

• Я вам не верю, — прошептала девушка. – он же меня любит.

• Да он просто с тобой развлекался. Скучно было моему мальчику. А сейчас не знает, как от тебя отделаться! В общем, чтобы завтра тебя тут не было!

Ольга Константиновна ушла, аккуратно закрыв за собой двери.

А у Алены перед глазами потемнело — Денис женится на другой? Как это возможно? Они же живут вместе, у них ребенок будет! Обманула ее Ольга…

Она позвонила Денису, тот ответил слегка раздраженным голосом — Чего тебе.

• Денис, у нас была твоя мама…

• Это хорошо, — оборвал он ее, — в общем, ты все знаешь. Давай уже езжай в свою общагу. Мы с Настей приедем, будем жить вместе в моей квартире.

• Денис, а как же я? Как наша ребенок?

• А я тебе сразу говорил, что с ним надо что-то решать, ты не захотела. Теперь это твои проблемы.

Дальнейшие события Алена помнила плохо заболела голова, потом живот… Она смогла дозвониться до скорой. Из больницы ее не выпустили – сказали, что надо лежать до родов.

Алена плакала, умоляла врачей избавить ее от этого ребенка – ведь ее жизнь рухнула, любимый бросил. Не надо сохранения – пусть как будет, так и будет.

И попался ей старенький доктор, который просто взял ее за руку и сказал «А почему ты решила, что твой малыш должен отвечать за поступки его отца? Пойми, ведь это самый твой родной человечек. Другого может и не быть»… И эти слова Алена запомнила.

Понемногу успокоилась – она решила, что будет теперь оберегать своего маленького, и никому его не отдаст! Родит сама и вырастит. Правда, уже находясь в стационаре, несколько раз звонила Денису – тот ни разу не взял трубку.

За все время, пока она была на сохранении, лишь подружка и одновременно бывшая соседка по общежитию Таня приходила – приносила необходимые вещи.

• Мне так страшно, — призналась ей Алена. – В университете ладно, я в академический отпуск уйду. А как же мне быть с ребенком, когда он родится?

• Но ты твердо решила себе оставить? – спросила Таня.

• Конечно, а как иначе.

• Но тогда в деревню поезжай.

Там же у тебя есть бабушкин дом.

• Уже нет, — вздохнула Алена, — недавно позвонили оттуда соседи, сказали, что спалили. Местные алкаши туда повадились лазить, вот и подожгли.

• Вот засада! Слушай, ну на первое время можешь к нам общагу вернуться, если твой Денис не одумается. Место ведь пока за тобой числится, никого еще не подселили. Но это очень рискованно, ты ведь понимаешь? Комендант ведь узнает, никому мало не покажется.

• Да, я понимаю. Надеюсь, Денис все же вспомнит о нас…

Поговорили…

Таня убежала, и больше в больнице не появлялась, ссылаясь на занятость. Даже когда Алена родила, только по телефону поздравила.

А Денис… Он также молчал. И вот Алену выписали с малышом. В больнице доктор, понимая положение молодой мамы, спросила про отказ. Сама…

Но Алена тут же отрицательно затрясла головой – никому она не отдаст малыша.

• А куда ты пойдешь? – с сомнением спросила врач.

• В общежитие! У меня ведь там есть прописка!

• А потом? Как жить будешь? Малыш много времени и средств требует?

• Я смогу! – упрямо ответила Алена, — я справлюсь! Я уже все решила! Я немного в общежитии поживу, потом мне ведь там выплаты положены. Я сниму комнату на них. А потом я буду вязать и продавать вещи. Я ведь очень хорошо вяжу! Меня бабушка научила.

Врач только вздохнула и пожала плечами – в конце концов, свою работу она выполнила. Направить бы маму в социальный центр, где принимают женщин, попавших в трудную жизненную ситуацию, но сейчас там аврал – битком все забито, она узнавала.

Вот так и вышла Алена из роддома в никуда. Хотя она была уверенна, что ей есть, куда. Дождавшись наконец у роддома такси, она поехала в свое общежитие. Но дальше вахты она там и пройти не смогла.

• Куда? – выросла перед ней грозная вахтерша.

• Тетя Маша, — прижимая конвертик с дочкой к груди, сказала Алена, — это же я. Алена Шевцова, вы забыли? Я просто пропуск потеряла.

• Я прекрасно тебя помню, Шевцова, — не сдвинувшись с места, ответила вахтерша, — и помню, что последний год ты здесь не жила, а место занимала. Кстати, за последние полгода ты не заплатила, и тебя уже выселили.

• Как выселили? – растерялась Алена, — я же переводила Тане деньги за то, чтобы она заплатила за место.

• Денег не было, — пожала плечами вахтерша, — уже подписан приказ о твоем выселении из общежития.

• Что же мне делать? – заплакала Алена, — куда мне идти.

• Наверное, к отцу ребенка, — хмуро заметила тетя Маша, — иди, чего тебе одной за все отвечать! И так боком, боком, вроде и утешая, она вытолкала Алену с малышом на улицу.

Алена сидела на лавочке у общежития и продолжала плакать. Малышка, словно почувствовав состояние мамы, тихонько захныкала.

Алена прижала крепче малышку, та громче заплакала.

• Да ты же кушать хочешь? – растерялась молодая мать. Но как кормить? Тут? На улице, под взглядами любопытных студентов, среди которых есть и знакомые, которые усиленно делают вид, что не знают Алену – лишь бы о чем-нибудь не попросила.

И тут она вспомнила про беседку за общежитием – туда и направилась. Беседка была грязная, на полу окурки и пустые банки из-под пива, но зато тихо и никто не смотрит. Алена вытащила набухшую грудь и неумело сунула в маленький ротик дочки.

Малышка больно ухватила сосок.

• Ешь, маленькая моя, — прошептала она, немного кривясь от боли, — кушай. Ты не переживай. Мама что-нибудь придумает.

У беседки послышался смех – рядом проходили две девушки. По голосу в одной из них она узнала Таню.

• Тётя Маша сказала, что Аленка была, — говорила она подруге, — представляешь, с ребенком сюда явилась. Я тогда так ляпнула, а она и правда приперлась. Неужели думала, что ей разрешат жить в студенческом общежитии. И вот мне это надо? Сейчас как раз защита диплома, а мне только детского плача не хватало.

• Действительно, — подтвердила незнакомая Алене девушка, — мы-то здесь причем?

• Ага, хорошо, что комендант тебя ко мне заселила, сестренка! Как раз Аленкины деньги пригодились . Нелегально заселила, но это временно же! Вот поступишь в этом году, будешь в комнате полноправная хозяйка!

И тут Таня увидела Алену с ребенком.

• Ой, — побледнела бывшая подруга.

• Да не пугайся, — тихо ответила ей Алена, прикрывая ребенка, — живи, как знаешь.

И Таня, потянув подругу за руку, ушла прочь. Она вообще считала себя ни в чем не виноватой. Да, отбила место сестре в общежитии, но в этой жизни каждый за себя.

А Алена думала – куда же ей податься… Малышку ведь надо искупать, уложить спать в нормальных условиях. А у нее ничего нет!

И Алена решилась идти к Денису. Он отец! Пусть помогает! Благо, здесь можно и пешком дойти.

У дома Дениса она увидела свадебный кортеж, сердце ее тревожно забилось от страшного предчувствия. А еще через несколько минут двери подъезда с шумом распахнулись и оттуда вышел Денис в строгом костюме, а следом – девица в белоснежном платье. А за ней веселые гости.

• Денис, Настенька, вы в первую машину, а мы за вами! – выкрикнула нарядно одетая Ирина Константиновна и подхватила под руку мужчину чем-то напоминающего Дениса,

• Олежек, там точно в ресторане все готово?

• У сватов все под контролем, — важно ответил тот и кивнул в сторону мужчины и женщины, садящихся в супердорогой автомобиль.

И тут Ирина Константиновна увидела Алену…

Молодая мать с ребенком стояла неподалеку от шумной компании. Мать Дениса подошла к ней быстрым шагом. И начала выхватывать ребёнка силой, малышка упала

…на холодный асфальт, но в последний момент Алена успела подхватить её, защищая своим телом. Малышка громко заплакала, а прохожие обернулись на крик.

— Ты совсем рехнулась?! — в ужасе вскрикнула Алена, прижимая ребёнка к себе. — Ты же могла её убить!

Но Ирина Константиновна лишь презрительно фыркнула, стряхнув с рукава невидимые пылинки.

— Не изображай из себя жертву, — холодно бросила она. — Ты что, думала, что вот так вот придёшь сюда и всё изменится? Денис теперь женат. Его семья, его будущее — это Настя. А ты со своей нищетой и этим… этим убожеством — просто грязь под ногами!

Алена закрыла глаза, прижимая к себе малышку, которая захлёбывалась от слёз.

— Денис… — прошептала она, поднимая взгляд на мужчину, который стоял позади матери, не делая ни шага вперёд.

Он молчал.

— Денис, скажи хоть что-нибудь… Это твой ребёнок…

Денис отвёл взгляд.

— Ты сама приняла решение рожать, — равнодушно сказал он, поправляя галстук. — Я тебя не заставлял. Это твоя ответственность, не моя.

Алена почувствовала, как всё внутри неё разрывается от боли. Тот человек, которого она любила, тот, кому доверяла, просто предал её. И теперь стоял перед ней, как чужой.

— Убирайся отсюда, — добавила Ирина Константиновна, разрывая это молчание. — Если ещё раз появишься возле моего сына — вызову полицию.

Алена дрожащими руками прижала малышку к груди, чувствуя, как по её щекам текут слёзы.

Свадебный кортеж загудел, гости засмеялись, и через мгновение весёлая процессия удалилась, оставив Алену одну. Она стояла посреди улицы, держа на руках своё единственное счастье.

— Ну ничего, моя хорошая, — тихо сказала она, глядя в голубые, полные слёз глазки дочери. — Мы с тобой справимся.

Она сделала шаг вперёд. Куда? Она ещё не знала. Но точно знала одно: сдаваться — не вариант.